Динозавры щиплют травку

О современном предпринимательстве,  какое оно есть и  каким должно стать


– Светлана Ильнична, все вокруг только и говорят  о кризисе в экономике. С такой настырностью, что я вспоминаю старинное предупреждение: если без конца пугать «Волки! Волки!», чувство опасности  у человека атрофируется, и он  и впрямь не заметит, когда действительно придут те волки. Так  есть уже  кризис в экономике?
– Кризис виден невооруженным глазом, и прежде всего – кризис управления.
– Почему именно управления? Что-то стряслось с самой системой? Только у нас или уже во всем мире? В Америке  ведь тоже говорят о кризисе...
– Да, что называется, «поехала» система. Развитые страны дружно  придавили механизм конкуренции. Вы наверняка заметили, что на фоне кризиса – или рецессии, как они его называют, -  происходят бесконечные скандалы, коррупция, взятки, уход от налогов. Эти процессы стали подавляющими. Ну, скажите на милось, зачем  конкурировать с кем-то, если можно обойтись взяткой, отлоббировав, предположим, ввоз каких-то невероятно дешевых китайских продуктов? В Штатах рабочему за их производство надо заплатить 2-3 тысячи долларов,  а в Китае несравненно меньше.
Но это еще полбеды. Самое страшное –  отток капиталов из производства. Вот Детройт показали по телевизору. Совершенно мертвый город. Капитал ушел в поисках приключений,  стал заниматься просто спекуляцией в глобальных масштабах. Инвестиционные, венчурные компании, с одной стороны, стимулируют прогресс – деньги устремляются туда, где цветет и пахнет. А с другой, этот прогресс не успевает ни во что вырасти. Сняли пенки и - чао!
Кроме того, с распадом Союза появились гигантские воронки для сброса товаров. Что в результате происходит? Представьте: предположим, я произвожу жвачку, и вдруг я открываю для себя  необъятный рынок  – 100 миллионов, 200 миллионов человек! Надо мне что-нибудь менять у себя? Да ничего мне не надо менять, надо только  успеть воспользоваться открывшейся возможностью, и быстро-быстро производить все одно и то же, одно и тоже. И какая обувь к нам валом повалила? А одежда? А ткани  с этой безобразной синтетикой? Для конкуренции с потоком ширпотреба нужны серьезные вложения, а наш бизнес мал, молод и не опытен.
– Верно,  магазины уже набиты бог весть чем  под завязку, а попытаешься выбрать что-нибудь стоящее, и брать, оказывается, нечего.
– Вот-вот, вот он – красный восклицательный знак! А где же рынок?
– Нормальный обыватель относит это на счет перепроизводства товаров.
– Нет, это  не перепроизводство. Это симптом ослабления конкуренции и, как следствие, - снижение возможностей предпринимательства. Это раз. Два: предположим, есть завод и есть правление из акционеров этого завода. Члены этого правления понятия не имеют, как управлять заводом, они только деньги получают, а управляют другие. Но и в тех, других, срабатывает классическая психология наемного работника – что, мне больше всех надо?
В результате  предпринимательская экономика  во всем мире гибнет. Понимаете, гиб-нет!  То самое ядро рыночной экономики, из-за которого мы с вами с готовностью пошли на все эти катаклизмы рыночных реформ   - и под шумок сами наделали еще много чего, -  это ядро на Западе гибнет. Они там уже криком кричат. Откройте любую книжке по управлению бизнесом  - там об этом говорят открытым текстом. А знаменитый  Том  Питерс (соавтор  книги «В поисках эффективного управления) в 2002 году просил Стенфорд аннулировать свою степень магистра. За этим стоит не просто разочарование в американском менеджменте, а понимание профессионала, что грядет фндаментальная революция в управлении.

Чем  крысы похожи на людей

– Я все же не вполне поняла,  почему  с менеджментом случилось то, что случилось.
– Объясняю. Управляют, как правило, людьми, а не абстактными ресурсами. Система же традиционного менеджмента  формировалась, нацеливаясь на результат: обороты – прибыль, обороты – прибыль. Человек, как самый важный ресурс роста и оборотов, и прибыли, оказался для менеджмента крепким орешком. Хотя подходы к нему начались  где-то в 40-50-е годы прошлого века, но как? Прибавками к зарплате, бонусами и тому подобными надстройками. Истинная природа человека считалась неразрешимой проблемой.  Но вот вам  пример. Огромному числу людей задали вопрос, что бы они предпочли -  на час сократить рабочий день или на 15 процентов увеличить зарплату? Как вы думаете, каким был ответ?
– Я бы, пожалуй, предпочла, чтобы сократили рабочий день.
– Совершенно верно, и не одна вы. А как вы думаете, что на вас подействовало бы больше – 10 латов прибавки к зарплате или минус 2 лата от вашей зарплаты?
– Думаю, что минус два лата.
– Правильно. Это вопрос мотивации, а этот механизм  включается исключительно в ответ на  эмоции. В экономике есть фактор, гарантирующий бурные эмоции - неопределенность. Любой минус – и вы активизируетесь, а любой плюс воспринимается как «так оно и должно быть». Бонусы, надбавки и прочая потемкинская деревня работает как демотивация! Но! Люди не уйдут с фирмы, завода, если им интересно работать.  Это точно, это доказано на все сто процентов. И поэтому сегодняшняя задача – создавать систему, организацию, в которой люди бы работали с удовольствием. А люди работают с удовольствием не только за деньги. Они работают с удовольствием, когда они  чувствуют в себе внутренний рост.
Знаете, я встречала людей, из которых любопытство просто прет, простите, из всех клеток, чуть ли не из пяток. А бывают такие, что, что ни рассказывай, – в глазах полное отсутствие всякого присутствия. Таких только зарплатой и можно брать. Но они и не годятся для серьезной должности, ответственности, принятия решения.
Дело в том, что предпринимательство – это чистой воды творчество. Если человек постоянно творит условия для новых продуктов, новых технологий, методов, он - предприниматель. Врач, который работает творчески, он уже предприниматель, журналист, кототорый находит новую тему, - предприниматель. А если человек начинает эксплуатировать какие-то старые наработки, лоббирует то да се, отстреливает конкурентов – это человек, который делает деньги, но он НЕ предприниматель.  Дело не только в том, что человек хочет денег. Да, он хочет, он обязан их иметь, но кроме «я хочу» в нем работает неизбежность. Соль нашего времени в том и состоит, что идет включение предпринимательской активности на всех уровнях – она должна быть и по вертикали, и по горизонтали.  И основная проблема времени – это предпринимательская экономика, инновационая экономика. Вот сейчас и Путин с нею носится...
– Что именно вы имеете в виду, говоря об инновации?
– Инновационная активность – это регулярная потребность в изменениях. В чем? Вот вы озеленили двор завода – это уже инновация. В условиях инновации все время подращивается потенциал роста. Прекратите измения, и потенциал как вода уйдет в землю. Я покажу вам один график... Вы поймете суть, даже если вы совсем  не экономист. Вот смотрите: это амортизация – снашивание оборудования в течение года. Если у вас было закуплено оборудование на тысячу латов, а амортизация составляет 10 процентов, значит,  за год 100 латов ушло – и потенциал понизился. Амортизация все время растет, значит, ты должен вкладывать больше и больше. Это закон, который редко-редко кто из наших принимает во внимание. И это и есть отличие нашей экономики от рыночной, предпринимательской экономики. У нас он не работает.
– Почему не работает? Не знают этого закона или знать о нем не хотят?
– Наши просто не понимают этого. Я вот недавно анализировала работу одной фирмы, причем  сильной фирмы. Так вот, у нее в течение последних 5 лет регулярно снижается отдача от единицы вложений в труд. То есть фирма растет, объемы растут, прибыль растет, фонд оплаты растет, а отдача - падает. А они не понимают, что внутри зреет «коррозия металла», расщепление внутреннего пространства организации, по-прежнему рассчитывая на то, что вот еще больше клиентов возьмут, еще больше, еще, а что при этом идет снижение эффективности, не понимают. И у меня не было ни одной фирмы, в которой не было бы аналогичной картины.
– Где выход? Вкладывать деньги в развитие?
– Вот-вот, это самый важный момент. Если вы вложили деньги в оборудование, оно будет работать у вас минимум 10 лет, но имейте в виду, что на эти 10 лет вы заработали себе и головную боль – побуждение к активности. Или вы не вложили, можете назавтра забрать все свои деньги и, как мотылек, полететь на другое поле. Недостаток вложений – это недосток импульса к развитию. Вместо импульса писк какой-то: дай то, дай это... Где уж тут предпринимательство! 
Кстати сказать, в работе Павла Васильевича Симонова, автора информационной теории эмоций, есть интереснейший факт: в информационно обедненной среде активность голодных крыс была в 10 раз меньшей, чем активность тех же голодных крыс, но в информационно обогащенной среде.
– А что значит для тех крыс обогащенная или обедненная среда?
– Думаю, что обогащенная - это наличие лабиринтов, преград,  то есть всего, что вызывает ориентировочную реакцию. Обедненная среда  такой реакции не вызывает. Аналогия, на первый взгляд, обидная, но ведь то же самое происходит с людьми. Ты раз пришел на работу,  второй, пятнадцатый, тридцать третий, и каждый день  –  все одно и то же, то же, что вчера и позавчера, и нет вот этого импульса информационно-обогащенных действий. Наши бизнесмены не просекают ситуацию. У них работает не предпринимательская  мотивация, а мотивация обыденная - построить дом, купить мерседес, съездить на Канары. Это тоже мотивация, но  мотивация наемного работника. А мотивация предпринимателя – заработать прибыль, чтобы вложить в развитие. Так, чтобы работал каждый вложенный лат.
– Стало быть, наращивать количество товаров или услуг – это еще не развитие? Количество необязательно переходит в качество?
– Количество как раз часто работает против.  Если вы все время делаете одно и то же, вы работаете против себя. Постепенно происходит обеднение деятельности, клиенты к вам идут неохотно, даже если вы назначите цену пониже. Обратите внимание: то, о чем я сейчас говорю, подтверждается на каждом шагу с ба-а-альшим восклицательным знаком! Однообразие товаров растет? Растет.  А цена?  Увеличивается.  Качество растет?  Падает. Вот вам и рынок, или то, что у нас называют рынком. Насчет рынка есть одна притча, которая мне очень нравится. Медведь сел на ежа и сказал: «За что  любил покойника, так это за острую критику снизу». Вот отсутствие критики, конкуренции – одна из причин экономического кризиса.


После нас – хоть потоп?


– Вы, Светлана Ильинична,  все говорите  о «высоких материях»,  а они, подозреваю, большинству наших безнесменов, простите за выражение, до лампочки.
– Да, наш так называемый предприниматель  пришел – генетически – с психологией наемного работника. Он дорвался до власти, прямо из грязи в князи. Приходит, организует свой  бизнес, легально откачивает деньги и уходит. Приведу пример. Скажем, человек имеет производство льна, самого сырца. Он покупает комбинат по производству ткани и поставляет туда по повышенным ценам свое же сырье, выкачивает из этого комбината сколько только можно, и – все, ребята, бросаю! То есть работают только на деньги.  Это, вообще говоря,  не предприниматели, а  динозавры какие-то – травку щиплют, щиплют, не понимая,  что травка-то вот-вот кончится,  и динозаврам  - конец. 
– Ну это еще когда будет, и вообще, «после нас - хоть потоп!»
– Вот-вот. Примерно так на моих глазах рухнули несколько солидных вроде бы фирм с более чем 10-летним стажем присутствия на рынке.
– Из-за того, что жили исключительно сегодняшним днем?
– Да. И из-за того, что сработал старый тип мышления. Оно не может уловить суть  предпринимательства. Вообще, чем  больше углубляешься в управление, тем больше видишь  следы человеческого поведения. За любым показателем стоит выбор поведения. Вот мы в одном НИИ с помощью линейного программирования делали маршруты движения транспорта от молочных комбинатов до развозки продуктов по магазинам. Мы действительно оптимизировали маршрут, но ни один шофер по этому маршруту не поехал. Почему? Потому что мы сокращали тонно-километры, а они, водители, получали деньги за тонно-километры.
Или другая простенькая, но показательная история. Была  задача сделать оптимальную раскладку лекал на ткани, для массового пошива. Задача решаемая, и сами закройщики отлично знали, как ее решить, однако упрямо работали по-старому. Почему? Потому что им неинтересно экономить эту самую ткань. Если они сэкономят, значит, снизятся издержки, а а с ними  и цена работы. А платят им - за объем.
Это совсем  простые примеры на тему о значении человеческого фактора. Сейчас это  фактор  любого владельца любой фирмы просто за горло берет.

– Это особенность и требование не только в отношении нашего местного  предпринимательства?
– Во-первых, повторю, что это не предприниматели, а просто охотники за деньгами. Во-вторых, в тех же Штатах молодая компания может продержаться редко-редко когда  2-3 года. Она, как и у нас, не может устоять, потому что  концентрация капитала огромная,  и крупные фирмы душат «мелочовку». Даже в Японии продолжительность жизни компании, не считая самых крупных, 12,5  лет. То есть крупный капитал стал навязывать свои правила игры. Конкуренция ускоряет темпы развития. Многие «не догоняют».
Помимо всего прочего никуда не годится вся старая система образования.  Вот недавно проводили исследования в Гарварде, и обнаружилось, что порядка 80 процентов выпускников Гарварда не могут начинать свое дело – не тянут!  Ведь что для предпринимателя самое главное?  Просмотреть формы возможного развития на 5, 10, 20 лет вперед. Если он не научится видеть этого, он застревает как сороконожка на любом  малозначимом факте, а причинно-следственных связей не видит.
– Современное образование, следовательно, должно быть другим?
– Конечно, и уже возникают принципиально новые системы образования. Пошла волна создания корпоративных университетов - это когда несколько корпораций или одна очень крупная  создают систему образования с заранее заданными  свойствами.
– А если эта новая система образования  наповыпускает  исключительно узких специалистов? При том, что специалист, по Козьме Пруткову, человек с флюсом...
– Нет-нет, там персоналу читают философию, психологию, весь минимально необходимый  набор дисциплин, в том числе гуманитарных. Без них высший менеджмент сегодня работать не может. Там с микроскопом ищут новое в психологии, в области моделирования, информационных технологий.
– В России тоже уже ищут?
– В России тоже, но там этот процесс очень замедлен, потому что в России  вера в государство просто святая. Придет новый царь и все расставит по своим местам. А российские предприниматели тем временем  сами себя грабят и губят. Вот вам еще  пример, которому я была свидетелем.
Недалеко от Смоленска был завод электромашин, и я была на нем консультантом целый год.И вот в конце моей работы приезжает группа других консультантов, из Москвы, тоже, значит, консультировать. Через пару дней мне становится все понятно, как на ладони. Консультанты эти приехали, чтобы  вычислить потенциал завода и, если таковой наличествует, купить  завод. Ровно через год предприятие ушло, его купили. Завод, который имел потенциал, уникальный кадровый состав, превратился в ремонтные мастерские.
– И это никакая не конкуренция...
– Какая это конкуренция! Это просто прихлопнуть фирму, деньги взять и уйти. Варка идет,  самая элементарная варка. И скольких у нас так разорили? Предприниматель  пытается встать на ноги, вырасти, а рядом – вот эти самые настоящие спекулянты. А называются и те, и другие бизнесменами.


О «золотом ключике». Объяснение  на пальцах

– Вы,  насколько мне известно, занимаетесь консультированием именно в области  устойчивости бизнес-структур?
– Да,  устойчивость - ключевое слово. При этом самая острая проблема современного бизнеса – дефицит предпринимательской мотивации. Наш ответ на эту проблему – инновационная модель бизнеса (IMB). Температура любой бизнес-организации должна быть 36,6, и мы в Aseg Conslting, создаем  для каждой фирмы модель, которая позволяет ей развиваться  в темпах и масштабах рынка. Сейчас вместе с Biznesa Konsultantau Grupa запускаем новый проект – по обучению предпринимателей устойчивости.
– Как звучит тема вашей работы, которая  в России и в Латвии запатентована как открытие?
– «Метод самонастройки бизнеса на оптимальность». Я работала с психологами, нейрофизиологами. 25 лет расчетов...
– Метод  оправдал себя, или были сбои?
– Сбоя – ни одного..  Вы мне даете информацию, я рассчитываю. Затем  показываю, где слабые места, что вам надо сделать, и - все.
– Перед  встречей с вами я прочитала вашу статью «Бизнесом управляют коды развития» и, честно говоря, мало что в ней  поняла.  Что необходимо постоянно думать о развитии, это, в общем, понятно. Что  значит – код развития? Объясните, пожалуйста, «на пальцах».
– Конкуренция – это не просто обмен товаров на деньги и обратно. Главное в ней другое: она  вырабатывает сигнал,  который влияет на мышление предпринимателя. Как любой сигнал, он закодирован.  Сигнал передается мозгу растущим объемом неопределенности. Известно, что рост массы продаж снижает цену. Включается в работу вся цепь: цена падает, падает вероятность достижения цели, растет неопределенность.  Неопределенность – это когда мы не знаем, что впереди. Тогда и включается механизм эмоций, подтягивая к мозгу избыточную энергию. Она и правда необходима, ибо весь организм человека совершает колоссальную работу по отбору  новой информации – как я должен действовать в следующий период.
– Поведенческая часть этой цепи была известна российским ученым давно. В частности, это  описано в   информационной теории эмоций. Но то, что сигнал выбора поведения зашит в рыночном механизме,  было не раскрыто.  Теперь ясно, что конкуренция  - которой у нас, к несчастью,  фактически нет, -  включает мозговые коды. Мы не знаем, какое именно решение выработают эти скрытые коды, почему появилась такая мысль, а не другая. Но если вы их не включаете, мысли не ждите вообще.  Значит, коды спят. Они есть, но работать они будут только на рыночные сигналы. Если их «не ловят», то  в коллективе рождаются  конфликты, сплетни, склоки, кого-то там подсиживают, подставляют. Энергия,  которая должна работать,  начинает заставиваться, коллектив начинает гнить изнутри.
– Чтобы коды срабатывали,  нужно суметь как-то иначе посмотреть на ситуацию?
– Вот именно. Наше видение должно измениться на 180?. Суть предпринимательского мышления –идти от будущего к настоящему, наше мышление работает, как правило, наоборот, то есть от прошлого к настоящему. Поэтому надо сделать простую вещь: забрать у конкуренции способ побуждения к ативности и встроить его в механизм управления фирмой. На этом уровне сигнал, который включает коды мозга, работает сразу на всех, от владельца до персонала, и работает очень эффективно. Стоит ли сомневаться, ведь он - аналог рынка!
– Я считала, что в экономике все построено главным образом на математике , на формулах, а тут...
– ... тут много от нейрофизиологии. В 1997 году я встречалась с директором Института высшей нервной деятельности в Москве  Павлом Васильевичем Симоновым. Знаете, какими словами он меня встретил? «Я давно ждал, что к нам придут экономисты». Сейчас вообще все больше переплетаются  разные сферы. Я уж не говорю про философию и психологию –даже физика озаботилась эволюцией сознания. Управление, экономика, финансы включены сейчас  в единое пространство, в котором все  и вся проникают друг в друга.
– Чем  вы объясняете это взаимопроникновение?
– Думаю, это связано с тем, что эволюция человека пошла на ускорение. Время ускоряется – это уже доказанный факт. Мы живем в условиях ускорения,  а оно поддерживается информационым развитием.  Могу, если хотите, рассказать, как было дело со мной. В свое время я защитила диссертацию, все вроде бы хорошо, прекрасная маркиза, ура-ура! Но я все время чувствовала, что за умными формулами, которыми я оперировала, стоит еще что-то. Стала копать дальше. И в один прекрасный момент  увидела вдруг, что за всеми формулами стоит информационная система, информационное поле земли, о котором говорил еще Вернадский.
– Однако... Это было как наитие, озарение свыше?
– Не думаю. Скорее это результат тридцати с лишним лет работы. Понимаете, чем больше работаешь, тем больше твой энергетический потенциал. Есть уровень мысли, который требует, скажем, мощности в 3 киловатта, а есть требующий 100 киловатт.
– Сколько я понимаю, речь идет о выходе и «считывании» в области энерго-информационных полей?
– Разумеется. Эти поля работают как часы... Собственно говоря, в нашей голове нет ни одной мысли, она только биокомпьютер. Все – оттуда.
– Но мысли приходят – если приходят – только на хорошо подготовленную почву?
– Конечно. Мысль рождается не из другой мысли, а из мотивирующей сферы нашего мозга. Ему  необходима новизна, новизна,  и еще раз новизна. Вот в этом вся соль.
– А при чем тут код?
– Импульсы извне падают на всех. Мозговые коды есть у всех. Но для ускорения мышления нужен сигнал. Он срабатывает, как строго определенная зависимость от среды.  Для предпринимателя такая зависимость работает через накопление основных средств. Поэтому включает только и именно предпринимательский мотив. Ориентировочная реакция и мышление работают в паре. Сигнал ускорения предпринимательского мышления  был зашит не просто в среде, а в конкуренции. Рынок не надо придумывать, он работает больше 500 лет. Его надо разобрать по косточкам, тогда видна формула сигнала предпринимательской активности, этот золотой ключик. Инновационная модель  бизнеса ( IMB) использует рыночный принцип сигнала. Она адресована именно предпринимательской активности. И чем больше будет предпринимательская активность у владельцев, у менеджеров, у всех-всех на предприятии, тем меньше места останется всем тем, простите за резкость,  кто только и думает, как бы еще одну дачу построить.
– То есть, элементарно говоря, сигнал  дается тому, кто хочет и умеет думать.
– Да. Сигнал ставит перед необходимостью думать... от будущего к настоящему.


ИЗ ДОСЬЕ

Светлана Ильинична Григорьева. Окончила Латвийский   государственный университет, экономический факультет; специализация  – автоматизированная обработка экономической инфорации.
Затем  училась в аспирантуре, диссертация была посвящена оценке хозяйственной деятельности предприятий. Научный руководитель работы - Георгий Либерман, не только блестяще читавший лекции, но и хорошо понимавший, что такое рынок и конкуренция. Скандальная по тогдашним представлениям диссертация Григорьевой успешно прошла защиту в Ленинграде – против представленных расчетов оказалась бессильна даже про-советски настроенная профессура.
Несколько лет работала на  преподавательском поприще. Затем  ушла в консультанты, поскольку заниматься чистой наукой   сейчас невозможно, а консультирование дает простор мысли.
Только за последние 4 года опубликовала больше 30  статей, вышла в свет книга, посвященная практической проблеме   устойчивости бизнеса.
Светлана Григорьева является владельцем авторских прав на метод устойчивости.


 

Публикации

Латвийская фирма открыла формулу бизнеса
- Интервью газете "Бизнес&Балтия" от 6.08.2008 г.

Бизнесом управляют коды развития
Знаниям нет замены
- Статья опубликована в газете "Бизнес&Балтия" октябрь, 2007

Предпринимательство: какое оно есть и каким должно быть
- Интервью газете "Ракурс" от 9.05.2008 г.

Основная проблема, освещаемая в книге «Как выйти на устойчивое экономическое развитие»
Каждый ли может стать предпринимателем?

Интервью С.Григорьевой газете «Час», 4 августа 2006 года

Пять признаков устойчивости
Статья опубликована в газете «Бизнес&Балтия» в июле 2006 года


Причины и механизм преодоления кризиса


Copyright © 1991-2008 ASEG Consulting Ltd.